Дмитрий Барабаш

стихи, заметки, афоризмы

Авторизация

Стихи о России

Россия в поэзии автора наделена женскими качествами — она и мать, она и потаскуха, она и бомжиха-алкоголичка с фингалом под глазом, она и дева, способная зачать от Святого духа. Её образ — то реалистичен до осязаемости, то сказочен и окружен туманом мистицизма.

Стихи о России — пронизывают всю лирику Дмитрия Барабаша, являются своеобразным стержнем, коммертоном, настраивающим мысль поэта на минорный, ироничный и тревожный лад. Сквозь строки стихов, словно набухшие вены, проступают недуги природы, общества, власти, культуры, вызывая нестерпимую боль и тревогу, которую не в силах заглушить кашляющий хохот сарказма. Так можно писать только о том, что любишь, о том, чему отдаёшься без остатка. 

В подборку включены стихи о России, написанные Д. Барабашем в последние годы. Иногда поднимаются актуальные, почти публицистичные темы. Читая книги поэта, размещенные на сайте, вы найдёте много лирических обращений к России, как прошлой, так и современной, заселённой узнаваемыми персонажами — политиками, деятелями культуры, дельцами и самыми обычными людьми.

Адель  Вейс (редактор сайта) 

 
 

Диалоги с Россией

 

Россия мать - разведена с отцами.
Отцы трясут могучими концами,
но нет России дела доотцов.
И до детей распущенных из чрева,
и до того, кто скажет, - Слушай, дева,
зачни хоть раз без этих подлецов.

Зачни бесстрастно, чисто, беспорочно,
как буд-то ты Иосифажена.
И вот тогда, я это знаю точно,
ты вылезешь из вечного дерьма.

Но отвечала мудрая Россия:
— Я не хочу. Ты лучше изнасилуй,
Чтобы фингал, чтоб кровь, чтобы свобода,
чтобы проснулась совесть у народа,

и он пошел спасать меня от разных
несоразмерных, строгих, буржуазных,
непьющих, озабоченных делами.
Иди ты сам, любезный, к далайламе!

И не мешай мне чувствовать восторг,
от улицы, закрученной спиралью...
От трёх углов. От слов налитых сталью.
От утреннего звона куполов,
от тех основ,
которые, как прежде,
дают надежду каждому невежде,

от лени той, от созерцаний тех,
с которыми ни слава, ни успех,
ни гений кропотливый не сравнятся.

Мои порядки сводят иностранца
с ума... А ты мне предлагаешьпуть
в котором нет дороги для народа
и дляменя.

Нелепая свобода
железных истин жизни безтруда
духовного...
Лишь видимость достатка,
в которой всё проходит без остатка.

2002 год


БЕСЫ

Десять безумных веков на наборном паркете.
Бал начинается. Дайте ж, красавица, руку.
Скоро приедет палач в золочёной карете.
И раз два три, раз два три, раз два три, раз дватри.

Бал начинается - и по кровавомукругу.
Ах, Александр Исаевич, не говори…

Вспомнят ли первопричинную литературу
Мутные витязи праздничных буден России.
Бубном ударят по черепу полускульптуру
С даунским взглядом великого полумессии.

Бал начинается. Войско стоит при параде -
В дряблой юфти, скрыв свои пролетарскиеноги.
Ты насвисти-ка с обложки старинной тетради
Музыку гимна народа с разбитой дороги.

Кольца спирали, чем дальше, тем уже иуже.
Хуже не будет – казалось, ведь не былохуже.
Страх из потёмок души выбирался наружи -
В ружья, в стволы, в позабытые ликамирожи.

Ах, Александр Исаевич, всё же негоже
Дуть в телетрубку о вечном, как в патинумеди.
Время давно почивать на заслуженномложе
В лаврах, на шкуре облитого солнцем медведя.

Музыка грянет и цокнут смолёной резинкой
Рваные полчища литературных громил.
Будет цветочница бегать с плетеной корзинкой
Между мазурок, танцующих с небоммогил.

Всё бесконечное проистекает впервые.
Всё безусловное сказано тысячураз.
Не зеркала, к сожалению, стали кривые,
А перекрестья различных сословий ирас
Так изменили черты, означавшие лица,
Что не прочесть ни ума, ни стремленья куму.

Бал начинается оп-ца-ца, лан-ца-ца, дрица -
И предвещает грядущему векучуму.

Шаркнет подошвой по лаку наборных паркетов
Новый начальник, вершитель, наместник, стрелок.
Словно, сошедший с грунтовки кровавых багетов.
Как безошибочно точен в России пророк!

Нет. Не понять. Не поверить. И не обознаться.
Не изменить. Не поправить. Не выдержатьштиль.
Только с затёкших по горло колен приподняться
И написать о правах обреченногобилль.

Бал начинается. Скоро потянутся в книги,
Странники мраморных станций столичныхметро.
Что там творится, наверное, снова интриги,
Снова война, и наверное, слово нето.

1998 год

Время тайных убийств

 

Время тайных убийств
Без судов и следствий.
Просто - пуля в затылок.
И вседела.
Просто - у самолета
Переломкрыла.
Просто - нашествие стихийных бедствий.

Мы ещё вспомним Сталина с его шарашками,
Неприкрытую подлость глаза вглаза.
Мы ещё вспомним Брежнева с Чебурашками,
Взлетающими в олимпийские небеса.

Человек в России звучит страшно,
Как окончательный приговор.
Всё, что осталось - уже неважно.
Мы чувствуем правду вупор.

Таких времён не бывало прежде.
Цинизм вывалился, каккишки.
О какой же, милые, вы надежде?
Про какие ж, милые, вы стишки?

Сверкает лезвие брадобрея,
Скользит по аорте то вверх, товбок.
И всё-таки, чем Человек добрее,
Тем уязвлённее будетБог.

1998 год